Category: напитки

О диалогах в операционной - 258...

Накануне (Накануне - это не роман И.С. Тургенева, которого вызвал на дуэль пьяница, хулиган и участник пары войн, а также малоизвестный литератор Л.Н. Толстой, который заступился за трусоватого бабника и игрока Н.А. Некрасова. Тургенев на дуэль не явился):
- Романыч, а кто сегодня вахтенный? - главный врач Частной Онкологической Клиники Олег Константинович (ну, кому Олег Константинович, а кому и Олег) внезапно заинтересовался личностью дежурного врача. Кстати, недолгое и боком прошлое Алексея Романовича приносит свои плоды - дежурного почти все называют "вахтенным", а утренний рапорт - "рапОртом". Ничто на земле не бывает зря и не проходит бесследно, в т.ч. и учеба на военно-морском факультете.
- Я, а что? Хотел сказать, где коньяк оставил?
- Коньяк там же, где и всегда, а на девоньку из первой палаты глянь. Сестры сказали, что разговаривать ни с кем не хочет, мужа гонит, на ребёнка по телефону орет.
- Думаю, узнать в тридцать лет, что у тебя рак - это является приятным сюрпризом. Впрочем, не суетись, заговорит. У меня все говорят. Коньяк, значит, где и всегда?..

Сутки спустя:
Операция была в разгаре, когда главный врач Частной Онкологической Клиники, вспомнил о судьбах Родины.
- Романыч, ну как разговорил барышню?
- А ты сомневался? Ясен хрен разговорил, даже мужа до себя допустила. Но лучше бы она молчала.
- Чего так?
- Да зае... э-э-э... замучила она меня вопросами о народных методах лечения рака типа настойка мухоморов.
- А ты?
- А я хотел её на... э-э-э... насовсем послать, но как-то нехорошо. Поэтому подойди и ещё раз расскажи про иммуногистохимию и последующее лечение.
- Три раза рассказывал уже.
- Значит, в четвёртый расскажешь.
- У меня была одна бабонька. Полечила рак народными средствами. Только эта дура, бля - Олег Константинович тоже с удовольствием употребляет неопределённый артикль - вместо мухоморов употребила бледную поганку.
- Зачем? - удивилась операционная сестра Клавдя. Это Алексей Романович уже давно не удивляется гениальности человечества.
- Да хер её знает. То ли мухоморов не нашла, то ли решила, что бледная поганка покрепче будет. А ведь лечибильный рачок был. Может и до сих пор бы жила.
- Шкафа с коньяком у неё не было. - Сделал свой, как всегда мудрый вывод Алексей Романович...

Вместо морали:
А кончилось все это тем, что в Частной Онкологической Клинике завели своего психолога. Точнее, психологку, если говорить современным политкорректным языком. Во время представления которой, отмороженный на всю голову шеф анестезиологической службы истошно завопил "Я не хочу об этом говорить!". Ладно хоть коньяк не начали прятать...

О цитатах из меня - 97...

"А теперь лекция об основах военного искусства. Если я сразу после гепатита, приобретённого во время ликвидации массовой вспышки нашей любимой азиатской болезни, начну употреблять спиртные напитки, то это полная военная безграмотность, потому что я не справлюсь по причине скорой небоеспособности со своей основной боевой задачей - выпить за жизнь обоз алкоголя. Если сразу после гепатита я начну употреблять спиртные напитки, и буду заедать их полезными для печени лекарствами - это тактика. Ибо приступить к уничтожению обоза я смогу, но вот полностью извести этот самый обоз - вряд ли. А вот воздержаться на год, приступить к выполнению боевой задачи, выполнить и перевыполнить её - это уже стратегия. Лекция окончена"(с)

О женской логике...

Молодой человек, отгуляв заслуженный отдых на курортах совсем не Краснодарского края с бабкой и мамашей, ещё неделю провёл на правом берегу великой русской реки в несколько видоизмененной компании - без мамаши. Ну а я играл в трудовыебудни - сутки через сутки с забегами налево в эти самые черезсутки. Лето же. Отпуска. Если бы не продал ночь и сутки барышне-ынтернессе, было бы совсем грустно.

- А ты что не ел ничего? Почему столько еды в холодильнике осталось?
Я застыл в мучительном выборе, задумавшись, какой из ответов применить - любимый ответ молодого человека "потому что", всегда применяемый при вопросе "почему?" или сакраментальное "а сама-то как думаешь?", позаимствованное в одном из опять таки любимых анекдотов. Выбираю третий вариант:
- А нечего так много еды оставлять. Оставляй поменьше - оно и сожрется.
- Еды много... А виски мало? Оно-то кончилось.
- Виски всегда мало, но оно кончилось не совсем. Там ещё что-то плещется...

Вместо морали: Кстати, а это она ещё в левый угол склада, где коньяки тусят, не заглядывала...

О воспоминаниях про теплые летние вечера...

Уже и не скажешь, чем навеяло. То ли молодым человеком, рваными короткими перебежками и сильно пригнувшись убегающим от взлетающей стаи уличных голубей (кстати, эти жывотные вполне себе охамели и ведут себя неподобающе нагло; возникают мысли об их промышленномасштабном отлове, ощипывании и продаже под видом куропаток). То ли узнаванием новости о существовании забавной общественной организации "Оперативный молодежный отряд офицеров России" и разглядыванием фотографии их главнокомандующей. Вот она фотография




а поскольку это не шутка, то от изложения своих мыслей по этому поводу я лучше воздержусь. Мало ли...

Дело было в столице этнографических командировок летом 1990. Вечером (даже время с некоторым допуском могу указать - 21.30 примерно) я почесал на переговорный пункт для ритуального дваразавнедельного кормления междугородного телефона-автомата (кто-то помнит еще такого зверя?) пятнадцатикопеечными монетами. Ритуальное кормление сопровождалось не менее ритуальными разговорами с далеким северным абонентом.
- Как дела?
- Жив. Пока.
- Почему пока?
- Потому что сегодня жив. А завтра нам никто не обещал. Ладно, шучу я так, пора бы привыкнуть. Нормально все. Тихо. Курортная зона, чистый воздух, коньяк канистрами... - Хотя про коньяк я кажется зря.
Время тоже выбрано не случайно - полчаса до начала комендантского часа, место обитания междугородных телефонов-автоматов практически пустое. Место обитания, кстати, находилось почти как в грустной, но хорошей песне "Враги сожгли родную хату" на слова Исаковского на перекрестке, только не трех, а четырех дорог. Вниз на норд - к центральной площади, вниз на ост - у центральной больнице, а вверх на вест и зюйд - к разным проходным нашего полка (как-то символично получилось описание, нет?). Там рядом было. Переодеваться не хотелось, поэтому как был в портках от красного тренировочного костюма с лейблом made in Finland и футболке с нагрудным карманом (это важно), так и почесал. На юге, кстати, в это время сильно темно. И звезды крупнее. И фрукты слаще. И коньяк канистрами. Хотя про коньяк по-моему уже было.
До переговорного пункта оставалось метров 10 когда аккурат с норда в лицо ударил мощный луч света.
- Стоять!!!
И хорошо известное некоторым особям мужеска пола "щелк-клац".
Не, если бы я был интеллигентным человеком, то я бы обязательно вспомнил про права интеллигентного человека и соблюдение социалистической законности в отношении интеллигентного же человека. Но к тому времени человеком я был совсем не интеллигентным, а совсем даже немного информированным и знал, что с серыми вованами из тамошнего полка (по-моему они назывались специализированными моторизованными частями милиции ВВ МВД СССР) спорить не сто́ит - там пацаны резкие. Будешь тут резким, там накануне их патруль в упор расстреляли - один убитый и двое, если не ошибаюсь, тяжело раненых. И несмотря на то, что вооружены они огрызками от нормальных карамультуков (помню в то время в журнале "Огонек" наличие подобных огрызков в вермахте считали причиной его побед над Красной Армией в 1941), на такой дистанции для них это не имело никакого значения. Для меня, кстати, тоже.
- Стою...
- Руки!!!
- Поднимаю... - Не ну не так, как красноармеец в уже упомянутом 1941, скорее как Ф.И.Сухов, с ладошками на уровне ушей, но ладони-то все равно показать надо. Фонарь, сука, слепит аж глазам больно. А подходят медленно и с трех сторон. Грамотно учили поганцев.
- Ребята, я не местный...
- Да мы слышим. - О! Уже подобрее. Без восклицательных знаков в голосе. Это потому что умный - не зря же откликался.
Один подошел совсем близко. С зюйда.
- Удостоверение и пропуск в нагрудном кармане...
- Достаньте. Медленно. - И пролистав, уже уважительно (именно у их зольдатов был повод именно ко мне уважительно относится, как-нибудь расскажу; может быть) - Извините, товарищ лейтенант.
- Ребята, чо за херь? - Вот сейчас можно демонстрировать принадлежность к человекам и гражданинам.
- Товарищ лейтенант, так вы комендантский час нарушили.
- С десяти же...
- Два дня как с девяти.
- От падлы, бля (бля - это неопределенный артикль)! Опять не довели. Знал бы - в форме пошел... - Обратите внимание - мысли о соблюдении комендантского часа в голову как-то почему-то не приходили.
- Вы звоните, товарищ лейтенант. Мы вас обратно до КПП проводим.
- Да ладно, тут пятьдесят метров.
- Проводим. Всяко бывает.

Вместо морали: Между прочим, проводили. Пришлось угощать тогда уже дефицитным ереванским "Салютом". С коричневым фильтром и полосатой бумажкой (причастные поймут).

В декабре 1991 их полк был окружен и захвачен.

О философическом - 40...

Всегда в глубине души жалел, что в 1991 толпе не досталась часть архивов КГБ (ну та, что со стукачами с негласными информаторами). Не, рассудком понимаю, что этого допускать было нельзя и недопустившие это сотрудники, как минимум, хорошо сделали свою работу. Но всегда ли мы живем рассудком? И, кстати, представляете, каково им сейчас телевизор смотреть или радио слушать?
Дык вот - армейская мудрость из глубин памяти. Не стоит (в хорошем, не эректильном смысле этого слова) бояться тех кто пьет с особистом. На стукачей у него водка не предусмотрена. А вот пить с ним иногда полезно. Для тренировки самоконтроля.

О диалогах за семейным столом...

Во время семейных посиделок употребляли "Хеннеси". Неплохой коньяк. Но пивали и лучше.
Один из родственников в силу служебных обстоятельств посетил сначала Баку, а потом Прагу. Делился впечатлениями:
- А улочки в старом городе в Баку такие узкие, что кажется не разойдешься...
- Разойдешься. БМП влезает.
- БМП? Влезает?
- Влезает, влезает. В Праге, кстати, тоже влезает. Но правда там по малолетству лично не проверял...

Об археологических раскопках...

Совпало. Происходящие события да случайно сохраненная в свое время, потом безвозвратно утерянная и совершенно случайно вновь обретенная газетенка (думаю, что экземпляров ее больше не существует). Сам не пойму, то ли плакать, то ли смеяться над тем, что всплыло. Фотодокументы все-таки, тем более, что наличествующие личные не напечатанные черно-белые фотопленки тоже практически не сохранились по разным причинам.
Сначала, конечно, статейка

Collapse )