April 7th, 2020

О диалогах в операционной - 275 (актуальных)...

- Романыч, иди сюда, - голову в операционную дверь просунула наш терапевт с погремухой "Жена чекиста". Погремуха дадена за принцип жизни "Если у вас нет диагноза - это не вы здоровы, это мы вас недообследовали", ибо она колет всех до самой жопы. У нее потребитель медицинской услуги вспоминает все, вплоть до момента зачатия. Зато терапевт не из тех, у которых профессия - это диагноз, хвост у нашего героя прикрыт и поэтому он с ней не ругается. Почти... - Романыч, ваша барышня со срочной (для непричастных, "срочная" - это срочное гистологическое исследование опухоли пока пациент(ка) под наркозом, позволяет определиться с объемом операции, но иногда не позволяет, и тогда две недели ждем плановой) мутная. Три недели, как из Москвы, три недели сухой кашель, температуры нет. Снимок сделали, вот. Рентгенологи пишут "бронхит"...
- Чего с лимфоцитами?
- Со всем все нормально.
Наш герой с умным видом разглядывает снимок. Однако мутный. Не плане качества, а в плане заключения. Потом с еще более умным видом изрекает:
- Блять! Однозначные симптомы - ху... э-э-э... кто его знает. Чем лечить - ху... э-э-э... кто его знает. Но от чего помирают - почти известно. Ключевое слово "почти". А с другой стороны... Да, ладно, поздно уже. Она везде погуляла, и если чо, то мы все всё поймали... - Алексей Романович перевел маску из положения "хирургическое", когда она, как у покойника, поддерживает челюсть в положение "эпидемиологическое", когда она закрывает нос, а затем, подумав, придает ей исходное состояние. - Девка молодая, оперировать все равно надо и чем раньше, тем лучше. Берем. Хуле нам, кабанам?..
А дальше мы, конечно же с одухотворенными лицами, пошли. В операционную. Под мелодию горна "Наступил ныне час, когда каждый из нас должен честно свой выполнить долг"...

Из операционной все, как всегда, кстати, разбежались. И только анестезиологическая бригада ждет слов "Продолжаем". Или "Будите". Играет не скажу какое радио. "... Не будут больше надо мной смеяться из твоего подъезда пацаны...".
- Бля-я-ять! Ангелина! - он косится на свою сестру-анестезистку. - Меня тут с тобой вдвоем бросили, суки?
- Я еще здесь... - высунула голову из соседней комнаты операционная сестра Клавдя, играющая в какой-то как бы тетрис на смартфоне и запрещающая это своему ребенку.
- То есть мы тут, в месте максимальной концентрации возможных коронавирусов, втроем сидим, как три хера в рукомойнике, и инфицируемся под "Ласковый май"? Блядство. Сплошное блядство. - Алексей Романович снова перевел маску из положения "хирургическое", когда она, как у покойника, поддерживает челюсть в положение "эпидемиологическое", когда она закрывает нос, а затем, подумав, снова придал ей исходное состояние. Потом отхлебнул кофе, который только ему приносить в операционную можно.
- Это вам в наказание, Алексей Романович. Вы зачем в пятницу к ментам в метро приставали, чтоб они у вас пропуск проверили? И вообще, включите радио"Шансон". Там будет ваша любимая песня "Голуби летят над нашей зоной"...