March 31st, 2020

О диалогах в операционной - 274 (аморальных)...

Несмотря на планирование и проработку различных сценариев, обусловленных геополитической ситуацией, основную работу в Частной Онкологической Клинике с нас никто не снимал. И нас за это, иногда, не только не благодарят, но и скорее наоборот, но... но... "Доктор, спасибо! Будьте здоровы, это главное!" от больной с квартой (для непричастных - четвертая клиническая группа, метастазы много где), это дорогого стоит. Иногда позволяет несколько повысить самооценку.

- У тебя насыпание плохо видно. - Алексей Романович, обращаясь к барышне-"отличнице" констатирует факт насыпания в чашки молотого кофе "Havana" ("кофе с опилками", как говорят недальновидные люди, привыкшие к растворимому пойлу). - Пересыпала. Дели на две чашки.
- Чего это вы пересыпаете? - невинным голосом интересуется анестезистка Ангелина.
- Кокаинум. - Голосом Шварценеггера (политнекорректного "черного негра" по-нашему) отвечает Алексей Романович.
- А чо, есть? - это Клавдя. Оживилась. Из-за плеча...

- Значит так, - Алексей Романович окидывает взглядом поле битвы - послеоперационную палату - и вперивается взглядом в пациентку, прооперированную вчера - Назначаю смотрящей по хате!
- А это что? - осторожно интересуется она.
- Это значит, что отвечаете за чистоту в палате и политико-моральное состояние вверенного вам личного состава. - Чеканит наш герой.
- Ура! Господин назначил меня любимой женой! - вопль истошный, но немного неожиданный. Хотя это хорошо - значит в этой (ключевое слово "этой") палате встанут и пойдут все.
- Алексей Романович, вы что там делали? - попыталась ехидно поинтересоваться операционная сестра Клавдя.
- Нес нелегкую службу вдали от России. Вдали от России. - Ответил Алексей Романович, цитируя песню "Песняров" о березовом соке. Кстати. пора собирать...

- У этой пациентки муж от ЭКО отказывается. - Светлана Петровна, шеф анестезиологической службы, общается со своим ассистентом.
- Значит опять я? - ехидно интересуется человек из-за наркозного аппарата.
- Я бы на вашем месте, Алексей Романович, так не веселилась. Одна после вашего наркоза через семь лет бесплодия родила, другая через одиннадцать...